«Душа самурая»: как в Японии возник культ меча?

Географическое положение Японии делает ее конечным пунктом, «накопителем» культурных импульсов материкового Востока. Культурные явления, идущие из Индии, Китая, Кореи, достигая Японии, утрачивают экспансивность и начинают совершенствоваться, обретая завершенность. Япония склонна не столько продуцировать новое, сколько бережно культивировать и рафинировать уже существующее. Это относится даже к таким культурным феноменам, как чайная церемония, дзен, «сады камней», этикетность поведения и ритуализация всех сторон жизни (восходящая к конфуцианским добродетелям).

Естественно, предельная ритуализация не могла миновать меч — символ правящего сословия.

Для многих любителей Востока словосочетание «японский меч» означает катану, и даже современное кэндо многие связывают именно с этим оружием. Между тем это и неполно, и неверно. Оружие кэндо — синай, прямая бамбуковая имитация меча, сама форма которого, в сочетании со спортивными тактическими задачами, диктует жесткую прямолинейную технику, построенную на рубящих ударах. Изогнутая и достаточно массивная катана лучше приспособлена для более пластичных (хотя и не менее мощных) рубяще-режущих движений. И дело не только в том, что бамбуковой заготовке трудно придать изогнутую форму. Сам иероглиф, читающийся в сочетании «кэндо» как кэн, в качестве самостоятельного слова имеет чтение «цуруги», а вовсе не «катана». А ведь цуруги — тоже «японский меч», причем исконный.

Первые достоверные упоминания об изогнутом мече не старше 8−9 веков, а старейший известный меч датирован 1159 годом. До того японские воины использовали цуруги — прямой меч с двусторонней заточкой. Подобные мечи обнаруживаются в гробницах древнеяпонских родовых вождей и напоминают старинные китайские, от которых, скорее всего, они и произошли. Цуруги имел клинок длиной около 70 см. Судя по относительно короткой рукояти, это одноручный меч. Цуруги действительно ближайший родственник цзяня — классического оружия китайских аристократов. Цзянь также являлся символом императорской власти и священной особы императора.

Безусловно, это обстоятельство повлияло и на отношение к мечу японцев. В 7 веке там «по государственному заказу» записывался и унифицировался свод синтоистских мифов «Кодзики» («Записки о деяниях древности»). В основу ее положена мифология земель Ямато — центра японской государственности, откуда происходил императорский род. Стремясь не уступать великому китайскому государству, правители Японии китаизировали характер, отношения и статус божеств. По аналогии с китайским культом предков, в котором особое значение для всей страны играл культ божественных предков императора, главенство в пантеоне было отдано солнечной богине Аматэрасу и ее потомкам, основателям японской императорской фамилии. Отправляя своего внука Ниниги на землю, богиня вручила ему 3 священных предмета: зеркало, яшмовую подвеску и меч — будущие императорские регалии. Так и в Японии меч стал сакральным предметом, связанным с императорской властью.

В 7−8 веках применялись и мечи корейского образца корай-цуруги: прямые, но более длинные и тяжелые, двуручные, с односторонней заточкой.

Примерно тогда же появился и изогнутый меч. Это могло диктоваться развитием технологии и потребностями военного дела. Воинскому сословию нужно было оружие не для утонченного фехтования, а для массового боя в доспехах. Гораздо более мощный изогнутый меч равно позволял и колоть, и рубить, был гораздо удобнее в конном бою. В оппозицию заимствованному из Китая прямому мечу, он был назван «нихон-то» — «японский меч».

Но насколько японским был в действительности этот прообраз катаны? В ранних хрониках такой меч называется «корейским». Изогнутые мечи действительно были распространены в Корее, а мастера и приемы металлообработки отличались высочайшим для того времени уровнем. Кстати, изогнутый меч за века своего существования заметно эволюционировал, менялось месторасположение изгиба, его кривизна и т. д.

Конечно, к мечу относились с высочайшим почтением. Но подобное отношение к «благородному» оружию вообще свойственно средневековому обществу, где война — обязанность и право высших слоев. Поэтому вызывает сомнения, например, что каждый клинок изготавливался в течение долгих лет, причем весь процесс его создания был опутан возвышенными ритуалами. Да, ритуальная сторона сопровождала эту деятельность, как и любую другую (так, гадания и ритуалы сопровождали выбор дня начала путешествия, важных мероприятий и даже мытья волос). Изготовление меча сопровождалось ритуалами очищения, но едва ли каждый клинок изготовлялся в течение многих лет, как нередко пишут популярные статьи и издания.

Часто читаешь о многолетнем выдерживании заготовок в земле; о едва ли не многомесячном процессе полировки. Что изготовлением клинков занимались сами самураи, потому, якобы, что этого священного предмета не должны были касаться руки простолюдина. Но вспомним, что в эпоху феодальных войн, десятилетиями длящихся военных конфликтов, меч — это прежде всего оружие. Оно активно использовалось в бою, а значит щербилось, тупилось и ломалось. По-настоящему сакральный предмет нельзя подставлять под удары другого меча (столь же сакрального), рубить им по стальному доспеху…

Основную часть своей истории японский меч — продукт массового производства. Статус священных могли приобретать избранные экземпляры клинков, обладающие теми или иными выдающимися свойствами или биографией. И такой меч вряд ли активно использовался в военных действиях, служа скорее статусным оружием. Подавляющее же большинство мечей отличались хотя и высокими, но заурядными качествами. Попадались и откровенно скверные.

Мечи требовались в большом количестве, и на изготовление клинка никак нельзя было тратить несколько месяцев. Делали их обычные ремесленники, хотя и выделяемые из общей массы мастеровых в силу особой сложности и престижности их работы. Да, встречались и великие мастера — как и в любой профессии, их были единицы. Возможно, самураям и не возбранялось заниматься этим не низким ремеслом, но если кто-нибудь из них и изготавливал мечи или их части, то занимался этим «для души».

Собственно, долгое время «символом» самурая был не меч, а лук. С конца периода Ямато (ок. 300−710 гг. ) с распространением конницы лук становится неотъемлемой принадлежностью родовитого воина, и даже величина армии исчисляется по числу луков. Искусство стрельбы из лука — одна из важнейших воинских дисциплин, обязательная часть «образования» благородного юноши, а соревнования в стрельбе — излюбленное развлечение и воинского сословия, и придворной аристократии. Даже в 17 веке среди более чем двух десятков воинских искусств первое место отводилось стрельбе из лука.

А как же культ меча? В том или ином виде он действительно существовал, проявляясь почтением к оружию — как к своему, так и к чужому. Но ведь для средневекового сознания вообще характерна этикетность и ритуализация действительности, тем более в столь важной ее части, составляющей основу существования верхушки общества. Многочисленные тексты, посвященные средневековой Японии, пестрят описаниями ритуалов, окружавших обращение с мечом.

Войти в чужой дом с оружием мог только «старший по званию», все остальные передавали меч слуге, бережно возлагавшему его на особую подставку. Взять чужой меч без спросу, задеть его в толпе даже случайно — смертельное оскорбление. Частично обнажить оружие — вызов, и т. д. Существовало множество детально разработанных правил. Но едва ли стоит усматривать в этом проявление загадочной японской души. Подобный «культ» оружия существовал у многих народов — например, в средневековой Европе. Едва ли можно представить немца или француза, без разрешения хватающего, а тем более пинающего чужой меч. А жест руки, опускающейся на эфес или частично обнажающей клинок, безусловно, воспринимался как угроза.

Культ меча в том виде, как мы привыкли о нем слышать, возник гораздо позже наступления расцвета самурайской культуры — в 17 веке. С установлением твердой власти и прекращением междоусобиц меч почти перестает использоваться в военных действиях и превращается в поединочное оружие, символ и предмет сословной гордости. Здесь развиваются и окончательно оформляются многочисленные ритуалы, окружавшие «душу самурая» — его меч. Самураи того времени стали уделять значительно большее внимание отделке меча — более раннее, боевое оружие имело гораздо более скромный вид. Начиная с 17 века возникает множество школ боевых искусств, а прикладное кэн-дзюцу (искусство меча) начинает постепенно превращаться в кэн-до — путь меча.

Статья написана в соавторстве с Натальей Колпаковой




Отзывы и комментарии
Ваше имя (псевдоним):
Проверка на спам:

Введите символы с картинки: